10 декабря родился Николай Некрасов

Nekrasov“Некрасов свою простоту обрёл в результате колоссального тренинга. Посмотрите, «Мечты и звуки», 18 лет автору — уже очень совершенная по стиху книга. А уж «Мороз, Красный нос» — это просто запредельное мастерство!” Дмитрий Быков

Николай Алексеевич Некрасов (28 ноября (10 декабря) 1821, Немиров, Подольская губерния, Российская империя — 27 декабря 1877 (8 января 1878), Санкт-Петербург) — русский поэт, писатель и публицист, революционер-демократ, классик русской литературы. С 1847 года по 1866 год — руководитель литературного и общественно-политического журнала «Современник», с 1868 года — редактор журнала «Отечественные записки».

Наиболее известен такими произведениями, как эпическая поэма «Кому на Руси жить хорошо», поэмы «Мороз, Красный нос», «Русские женщины», стихотворение «Дедушка Мазай и зайцы». Его стихи были посвящены преимущественно страданиям народа, идиллии и трагедии крестьянства. Некрасов ввёл в русскую поэзию богатство народного языка и фольклора, широко используя в своих произведениях прозаизмы и речевые обороты простого народа — от бытового до публицистического, от народного просторечия до поэтической лексики, от ораторского до пародийно-сатирического стиля. Используя разговорную речь и народную фразеологию, он значительно расширил диапазон русской поэзии. Некрасов первым решился на смелое сочетание элегических, лирических и сатирических мотивов в пределах одного стихотворения, что до него не практиковалось. Его поэзия оказала благотворное влияние на последующее развитие русской классической, а позже и советской поэзии.

Несколько фактов о Некрасове…

♦ Некрасов был заядлым картежником. Азартным игроком он стал уже будучи взрослым человеком и знаменитым писателем. В детстве он играл с дворовыми. В 17 лет, оказавшишь в Петербурге без материальной поддержки отца (из-за того, что ослушался его и не пошел на военную службу в дворянском полку, предпочтя литературную карьеру). Денег у него не хватало не то что на игру, но даже на еду. Помог случай. На Некрасова обратил внимание Белинский и привел его в дом к литератору Панаеву. В доме литератора Ивана Панаева часто собирались известные и только начинающие литераторы, поэты, журналисты. В этом доме спорили Грановский и Тургенев, допоздна засиживался Виссарион Белинский, обедали Герцен и Гончаров и робко озирался на хозяйку дома молодой писатель Фёдор Достоевский. Николай Алексеевич не знал, как вести себя в этом обществе, был неловок, своими стихами шокировал присутствующих дам. После чтения стихов и обеда, гости решили развлечься и сели за преферанс. И вот тут-то новичок показал себя в полной красе, обыграв всех. Белинский был раздражен, встав из-за стола, он сказал: «С вами, батенька, играть опасно, без сапог нас оставите!»
♦ Годы бежали быстро, Некрасов уже руководил журналом «Современник». Надо отдать ему должное — журнал процветал под умелым руководством. Народники учили его поэмы наизусть. В личном плане дела тоже шли хорошо — Николай Алексеевич отбил жену у Панаева. Достаток его стал больше, поэт завел кучера и лакея.
♦ В пятидесятых годах он стал часто посещать Английский клуб и увлеченно играть. Панаева его предупреждала, что это занятие до добра не доведет, но Николай Алексеевич самоуверенно отвечал: «В чем другом у меня не хватает характера, а в картах я стоик! Не проиграюсь! Но теперь я играю с людьми, у которых нет длинных ногтей». И это замечание было сделано не просто так, потому что в жизни Некрасова был поучительный случай. Однажды у поэта обедал беллетрист Афанасьев-Чужбинский, он славился своими ухоженными длинными ногтями. Этот человек обвел Николая Алексеевича вокруг пальца. Пока ставки были маленькими, знаменитый поэт выигрывал. Но как только он увеличил ставку до двадцати пяти рублей, удача отвернулась от него, и за один час игры Некрасов потерял тысячу рублей. Проверяя карты после игры, хозяин обнаружил, что все они помечены острым ногтем. После этого случая Некрасов никогда не играл с людьми, имеющими острые, длинные ногти.
♦ Некрасов ежегодно откладывал для игры до двадцати тысяч рублей, а затем, играя, увеличивал эту сумму в три раза. И только после этого начиналась большая игра. Но несмотря ни на что, Николай Алексеевич обладал удивительной работоспособностью, и это позволяло ему жить на широкую ногу. Надо признать, что не только гонорары составляли его доход. Некрасов был удачливым игроком. Его выигрыши достигали до ста тысяч серебром. Заботясь о народном счастье, он никогда не упускал и своего.
♦ Как все картежники, Николай Алексеевич верил в приметы, и это привело к несчастному случаю в его жизни. Обычно игроки считают плохой приметой одалживать деньги перед игрой. И надо же было случиться именно перед игрой Игнатию Пиотровскому, сотруднику «Современника», обратиться к Некрасову с просьбой выдать ему триста рублей в счет оклада. Николай Алексеевич отказал просителю. Пиотровский пытался уговорить Некрасова, он сказал, что если не получит этих денег, то пустит себе пулю в лоб. Но Николай Алексеевич был неумолим, а наутро он узнал о смерти Игнатия Пиотровского. Оказалось, что тот задолжал всего тысячу рублей, но ему грозила долговая тюрьма. Молодой человек предпочел смерть позору. Всю жизнь Некрасов помнил этот случай и мучительно переживал.
♦ Знаменитый поэт опровергал всем известную пословицу «кому не везет в карты, тому везет в любви». Несмотря на простоватую внешность и постоянные болезни, Некрасов отчаянно любил женщин.
♦ Иван Панаев был плохим семьянином. Он был кутила и прожигатель жизни, очень страстно любил женщин. Жену свою, Авдотью Яковлевну он поначалу любил и восхищался ее красотой, но был не в состоянии сохранить надолго супружескую верность. Авдотье он предоставил полную свободу. Но ее воспитание не позволяло ей решиться на измену. Пока в доме Панаева не появился молодой, амбициозный 22-летний поэт Николай Алесеевич Некрасов…
Авдотья была красивой девушкой: черноволосая, с чарующими огромными глазами и осиной талией мгновенно приковывала к себе взгляды мужчин бывавших в их доме. Она решительно отказывала всем, в том числе и новому гостю Николаю Некрасову. Он оказался настойчивее других. Но Панаева всячески отвергала его ухаживания, отстраняла от себя, не замечая, что тем самым сильнее разжигала страсть Некрасова. Летом 1846 года супружеская чета Панаевых проводила время в Казанской губернии в своем имении. С ними был и Некрасов. Здесь он окончательно сближается с Авдотьей. Ивану Панаеву до измены супруги не было никакого дела…
♦ Николай Некрасов был патологическим ревнивцем. Почти каждый их совместно прожитый день не обходился без скандала. Он был непостоянен, но столь же страстен. После обвинений и незаслуженных подозрений в адрес Авдотьи, он тут же остывал и мчался к ней мириться. Их отношения хорошо передает стихотворение “Мы с тобой бестолковые люди”.

Мы с тобой бестолковые люди:
Что минута, то вспышка готова!
Облегченье взволнованной груди,
Неразумное, резкое слово.

Говори же, когда ты сердита,
Все, что душу волнует и мучит!
Будем, друг мой, сердиться открыто:
Легче мир – и скорее наскучит.

Если проза в любви неизбежна,
Так возьмем и с нее долю счастья:
После ссоры так полно, так нежно
Возвращенье любви и участья…

В 1849 году Некрасов и Панаева ждут ребенка. У них рождается сын, но вскоре умирает после своего рождения. Панаева уезжает на лечение за границу. Некрасов очень сильно томится разлукой, пишет нежные письма Авдотье, и ужасно страдает от полученных от нее равнодушных ответов. Она возвращается и вместе с ней возвращается идиллия. Но она была непродолжительна.
У Некрасова снова вспышки яростной ревности и холодного отчуждения, которые сменяются сокрушительной страстью. Одолеваемый этими приступами он мог сильно оскорбить Авдотью, даже в присутствии посторонних. Она очень страдала, но терпела. Он часто сбегает от нее, но вновь возвращается. Его душа не находит покоя от любви и этой любовью он терзает Панаеву…Она сильно устала от жизни. Умер ее муж – Иван Панаев. Перед смертью попросил прощения за доставленные ей мучения и измены. Семьи не было, детей не было, красота уже начала увядать. Некрасов жил за границей и не звал ее к себе. Пятнадцать лет любви к нему закончились. Она находит в себе силы его забыть и выходит замуж за литературоведа Головачева. Вскоре у них рождается дочь.
♦ После долгих лет с Панаевой, Некрасов сходится с ветреной француженкой Селиной Лефрен. Промотав изрядную часть состояния Николя Алексеевича, она уехала в Париж. О французской актрисе Селине Лефрен-Потчер и ее романе с русским поэтом пишут мало – надо полагать, в силу того, что в творчестве Некрасова эта связь не оставила сколь-нибудь значительных следов. Лефрен было чуть за тридцать, она не отличалась особой красотой, но была обаятельна, остроумна, легка, пела, играла на рояле. Понимали они с Некрасовым друг друга плохо, так как он не владел французским, она только немного говорила по-русски. Часто о Лефрен говорят как о классической содержанке, пользовавшейся расположением мужчин для накопления небольшого капитала и отъезда на родину. Роман с француженкой начался на глазах у Авдотьи Яковлевны, глубоко оскорбленой тем, что Некрасов ничего не скрывал и, более того, низвел Панаеву до роли экономки. Интересно, что все близкие поэта — его сестры, племянницы, воспитанницы выделяли Панаеву из всех подруг Некрасова, говоря о том, что «обожали» ее. При Селине Лефрен все-таки сохранялся семейный уклад дома, но таких отношений с семьей Некрасова, как у Панаевой, у нее и близко не было. Селина имела в Париже маленького сына, кроме того, она часто жаловалась на плохой петербургский климат и, выехав с Некрасовым в Париж в 1867 году, больше в Россию не вернулась.
♦ Ему было в это время 48 лет, и очень скоро у Некрасова появилась первая и единственная законная жена — простолюдинка 19 лет от роду Фекла Викторова. Поэту страшно не нравилось ее имя, и Фекла стала Зиной, Зинаидой Николаевной. По словам родных поэта, Зина была похожа на сытенькую и чистенькую горничную, была малограмотной, шалела от петербургских магазинов, целовала Некрасову руки и учила наизусть его стихи. Очень упорно и целеустремленно она шла к тому, чтобы сделаться Некрасовой, и в возрасте 56 лет смертельно больной раком, похожий на скелет Некрасов обвенчался с Зиной, а через полгода ушел из жизни. По завещанию Зине досталось имение «Чудовская Лука» и имущество петербургской квартиры. По слухам, всё это она раздарила родственникам поэта, которые ее на порог потом не пускали и знать не желали. Фекла-Зина уехала на свою родину в Саратов, где жила очень замкнуто и скромно до самой смерти. Права на свои произведения поэт завещал сестре Анне Алексеевне Буткевич.
♦ Николай Алексеевич был и азартным охотником. Это было не просто увлечение, а настоящая страсть, которой он отдавался с головой. О его меткости ходили легенды. Поговаривали, что Некрасов из двустволки мог попасть в монету на лету, и в одиночку ходил на медведя.
♦ Особенную любовь он питал к охотничьим собакам. Любовь эта появилась у Некрасова в раннем детстве, когда в тринадцать-четырнадцать лет он с отцом, завзятым охотником, уже гонял и травил зверя и, счастливо уставший, засыпал прямо в полях в обнимку с очередным Хватаем или Заветкой. Разумеется, как только у него появилась возможность, а это произошло уже в начале 1850-х годов, он сразу же завел не одну, а несколько легавых собак, породу в то время достаточно новую и модную. В приемную знаменитого журнала “Современник” к ничего не подозревавшему посетителю порой выбегало до десяти собак, практически не знавших тяжести хозяйской руки.
Возглавлял эту компанию пойнтер Оскар, уже пожилой и проводивший большую часть времени на турецком диване хозяина. Выгуливал их, или как тогда это называлось “вываживал”, по унылым петербургским улицам единственный лакей Некрасова Василий, который называл Оскара “капиталистом”, поскольку был уверен, что хозяин непременно положит на имя собаки деньги в банк, как каждый вечер утверждал Некрасов.
В начале пятидесятых годов у Некрасова появился черный английский пойнтер Раппо, грудастый и несколько коротконогий, который совершенно, если можно так выразиться, сел поэту на шею, ибо был невозможно ленив. Он сделал его героем своего малоизвестного романа “Тонкий человек”. Раппо оставил след не только в романе, но и в переписке Некрасова с Тургеневым.
Скоро Раппо погиб от обжорства, и в конце июня 1857 года Некрасов привез из Англии очень дорогого щенка крупно-крапчатого пойнтера, названного им Нелькой. Нелька доставила немало хлопот Некрасову в пути, умудрилась выпрыгнуть в окно поезда и повредить лапки. Всю дорогу Некрасов выносил его на воздух на руках, а в Дерпте повел в “скотоврачебную клинику”. Однако Нелька держалась молодцом, что дало хозяину повод писать Тургеневу: “Славный характер у собаки! Нельзя ее не полюбить, жаль будет, если из нее ничего не выйдет…”
Пока же сучка подрастала и обещала много, Некрасов охотился с другими собаками, в том числе с пойнтером Фингалом. Некрасов всегда не мог нахвалиться умом и хорошим характером Фингалушки. Но главное, поэт запечатлел своего любимца и в стихотворении “На Волге”, и в любимых до сих пор всеми “Крестьянских детях”:

Теперь нам пора возвратиться к началу.
Заметив. Что стали ребята смелей,
“Эй, воры идут! – закричал я Фингалу. –
Украдут, украдут! Ну, прячь поскорей!”
Фингалушка скорчил серьезную мину,
Под сено пожитки мои закопал,
С особым стараньем припрятал дичину,
У ног моих лег – и сердито рычал.
Обширная область собачьей науки
Ему в совершенстве знакома была;
Он начал такие выделывать штуки,
Что публика с места сойти не могла…
Но точно удар прогремел над сараем,
В сарай полилась дождевая река,
Актер залился оглушительным лаем,
А зрители дали стречка.
Под крупным дождем ребятишки бежали
Босые к деревне своей…
Мы с верным Фингалом грозу переждали
И вышли искать дупелей.

И напоследок.

Некрасов был довольно состоятельным человеком. Его отличал практичный подход к делам «Современника», который оказался финансово успешным проектом. Кроме того, у Некрасова была одна чудесная особенность — ему невероятно везло в карты, он много играл и много выигрывал. Поэт был всегда щедр по отношению к своим женщинам. Когда И.И.Панаев вложил деньги в «Современник», он никак не оформил это, но после его смерти Некрасов выплатил все деньги Панаевой. Также он помогал материально и Лефрен, и по завещанию оставил ей деньги. Говорят, что в пору начинавшегося романа с Зиной, Некрасов ездил в Париж к Селине Лефрен и жил там 3-4 недели, искренне прося ее о возвращении. Также практически одновременно он писал друзьям о тоске по Панаевой. Как бы то ни было, романов у Некрасова было много, но достойной его наследия и хорошо известной всем, кто любит поэта, «женщиной Некрасова», оказалась вовсе не законная его супруга, а Авдотья Яковлевна Панаева.

Источник: https://vk.com/bibliobus

Закладка постоянная ссылка.

Возможность комментирования заблокирована.